Дуэнде – в испанском и португальском фольклоре – сверхъестественные существа, которых, подобно фоллетам, невозможно прогнать ни молитвами, ни святой водой. Единственный способ избавиться от них – переехать в новый дом, прихватив с собой только необходимые вещи. Если пожадничаете, то рискуете увезти с собой и дуэнде. Дуэнде появляются ночью и исчезают задолго до того, как взойдет Солнце. Ночью они проказничают, пугают и не дают заснуть: дуют в лица спящим, щекочут холодными пальцами, срывают одеяла. Особо проказливые и непоседливые могут бесчинствовать и до самого утра.
Дуэнде, подобно полтергейсту, переставляют мебель, швыряют на крышу камни и комья земли, выкидывают из окон тарелки, бряцают цепями, поют, рассказывают похабные анекдоты, а также седлают людей и катаются на них по комнатам. Впрочем, многие дуэнде за кружку молока не прочь и поработать. Они убирают в доме, разжигают огонь, чинят сломанные вещи, которые сами же и переломали.
Ростом они около двух футов, обладают способностью становиться невидимыми и менять облик. Из одежды предпочитают зеленые, красные или серые наряды, всегда носят маленькие шляпки или колпаки. Селиться дуэнде предпочитают в деревнях, вдалеке от городской суеты.
 Но есть и другое толкование: дуэнде - мистический дух фламенко, без которого это исскуство невозможно. В России говорят "В нем нет огня", в Испании "No tiene duende". Артисты фламенко хорошо знают, что их искусство не достигнет души, если в нем нет этого огня. Тот, кто видел истинное фламенко, никогда не спутает его с подделкой. Исполнитель должен быть вдохновлен, должен иметь особое состояние души, от его эмоционального состояния зависит, достигнет ли песня души слушателей. Кроме того, фламенко - импровизационный жанр, а без вдохновения невозможна импровизация.
Если канте фламенко является выражением того, что можно чувствовать, но невозможно объяснить, то дуэнде - это та сила, которая помогает донести это искусство до слушателей. Это понятие может относиться не только к фламенко, но и к любому другому искусству. Гете так определил дуэнде, говоря о Паганини: "Таинственная сила, которую все чувствуют и ни один философ не объяснит."Испанский поэт Федерико Гарсиа Лорка создает целую теорию дуэнде, олицетворяя его и наделяя демоническими чертами. Он говорит, что дуэнде возможен в любом искусстве, но "ему просторнее в музыке, танце и устной поэзии, которым необходимо воплощение в живом человеческом теле."
Рассказывают такую историю:
""Однажды андалузская певица Пастора Павон, Девушка с гребнями, сумрачный испанский дух с фантазией под стать Гойе или Рафаэлю Эль Гальо, пела в одной из таверн Кадиса. Она играла своим темным голосом, мшистым, мерцающим, плавким, как олово, кутала его прядями волос, купала в мансанилье, заводила в дальние глухие дебри. И все напрасно. Вокруг молчали... ...Лишь ехидный человечек, вроде тех пружинистых чертенят, что выскакивают из бутылки, вполголоса произнес: "Да здравствует Париж!" - и в этом звучало: "Нам не надо ни задатков, ни выучки. Нужно другое". И тогда Девушка с гребнями вскочила, одичалая, как древняя плакальщица, залпом выпила стакан огненной касальи и запела, опаленным горлом, без дыхания, без голоса, без ничего, но... с дуэнде. Она выбила у песни все опоры, чтобы дать дорогу буйному жгучему дуэнде, брату самума, и он вынудил зрителей рвать на себе одежды, как рвут их в трансе антильские негры перед образом святой Барбары."
И еще:
"Однажды на танцевальном конкурсе в Хересе-де-ла-Фронтера первый приз у юных красавиц с кипучим, как вода, телом вырвала восьмидесятилетняя старуха - одним лишь тем, как она вздымала руки, закидывала голову и била каблуком по подмосткам. Но все эти музы и ангелы, что улыбались и пленяли, не могли не уступить и уступили полуживому дуэнде, едва влачившему ржавые клинки своих крыльев."
Дуэнде превращает танец скорее в шаманство, в магию, в этом есть что-то первобытное, идущее от древних ритуальных танцев.
|